Как менялась церковная власть в России за последние 300 лет

9 этапов в управлении православной российской церковью

церковная власть

Церковь как сообщество людей на земле, начиная с момента своего возникновения, всегда как-то управлялась. Формы организации и управления нужны, чтобы поддерживать в сообществе людей христианское содержание, заложенное в идее церкви. Одни формы могут делать это лучше, другие хуже, одни допустимы, другие несовместимы с Церковью как Телом Христовым. В этой статье собраны и проанализированы формы управления православной церковью, которые существовали в России в последние 300 лет. В каждом пункте есть краткое описание событий и дана оценка той или иной модели управления с точки зрения каноничности и пользы для Церкви.

По пунктам

1. 1700 — 1721: Управление 4 восточных патриархов

Как получилось?

Патриархи стояли во главе российской поместной церкви с 1589 года. В 1700 году умер патриарх Адриан, и Петр I понял, что патриарх, обладающий единоличной властью, будет мешать проводить реформы и конкурировать с императором. Поскольку Петр не знал, как изменить церковную структуру, то просто не позволял избирать нового патриарха, не принимая никаких решений. В качестве временного решения Стефан Яворский был поставлен местоблюстителем патриаршего престола. Но в этой должности управлять церковью он не мог, поэтому было решено признать формальное подчинение другим поместным церквам и четырем восточным патриархам и временно передать им управление российской церковью. Их стали поминать за богослужением, но в принципе в России в это время сохранялось патриаршество.

Хорошо ли это для Церкви?

С точки зрения канонов ничего не было нарушено, но с точки зрения церковной пользы столь долгий временный режим в 20 лет был вреден для Церкви.

Ключевые фигуры

Стефан Яворский. Вначале своей карьеры у него были прозападные и прокатолические настроения и, возможно, по этой причине он был избран Петром, но затем Стефан попал под влияние братьев Лихудов, знатоков Максима Исповедника, приверженцев православной патристической традиции. Благодаря Стефану, Церковь при Петре не выходила за рамки каноничности. К сожалению, Стефан оказался связанным с партией царевича Алексея, поэтому Петр отстранил его от дел в 1718.

2. 1721 – февраль 1917: Синодальный строй

Как получилось?

Петр в конце концов все-таки захотел отменить патриаршество, но понимал, что сделать это просто царским решением нельзя. Тогда Петр вместе с Феофаном Прокоповичем написали письмо четырем патриархам с просьбой благословить такую отмену патриаршества (при сохранения независимости российской церкви) и благословить коллегиальное управление церковью. Коллегия – это небольшая группа из нескольких епископов, которые управляют церковью в качестве коллективного патриарха. Патриархи все это благословили. Однако Петр и Феофан умолчали в письме о своих планах поставить над коллегией государственного чиновника – оберпрокурора, который должен представлять царя. Царь тоже стал входить в эту коллегию как ее глава. Патриархи не давали благословения на такую форму управления – Петр действовал обманным путем. Так был создан Синод – фактически министерство, которое осуществляло все церковное управление от имени государя императора.

Хорошо ли это для Церкви?

Коллегиальное управление повторяло строй, который существовал на востоке до создания патриархатов – епископы разных областей договаривались между собой. В Византии существовала власть пяти епископов – пентархия. Ни отмена патриаршества , ни введение коллегиального управления не противоречило церковным канонам. Но подчинение церковного Синода императору как главе было антиканонично. Согласно апостольскому правилу 30 запрещено совершать поставление епископов с помощью светской власти (такие полномочия были у Синода), а на седьмом вселенском соборе это было уточнено в отношении православных императоров (а не любой власти вообще). Правда, с византийскими императором обычно согласовывали кандидатуры епископов, но российский Синод предполагал совсем иное: что епископы будут назначаться просто указом императора. Впрочем, в реальности главенство императора над церковью всегда понималось как формальность, как государственный закон, который однако понимается не буквально.

В синодальном строе плохо то, что церковь становилась просто ведомством, светским и бюрократическим, отрывалась от народа, естественной религиозности оставалось мало место. Вместо нее развивалась клерикальная среда (например, семинаристы), которая была вредна для Церкви. Однако по сравнению с патриаршеством, которое вырождалось как институт управления в XVII веке, создание Синода было шагом в сторону каноничности. Начиная с Филарета, патриаршество вело церковь к неправославным вещам: изоляционизм патриархата, непризнание крещения других православных церквей. В этом смысле опасность патриархов для Церкви была выше, чем опасность от государственных чиновников.

Другими словами, патриаршество хотя и было канонически правильным устройством, перестало соответствовать своим функциям и внутреннее управление в церкви больше не способно было отвечать нуждам православия. При синодальном строе государственная власть взяла эти функции на себя и с внешней стороны удерживала церковь от крайностей: например, в XVIII веке Екатерина взяла курс на прекращение гонений на старообрядцев. А особенно в конце XIX императорская власть способствовала прославлению святых, которых Синод не хотел прославлять: Тихон Задонский в 1867 году, прославление Серафима Саровского в 1903 году вопреки сопротивлению Синода. Николай II также встал на сторону православия в имяславческих спорах; в XIX веке власть способствовала обновлению церковных кадров тем, что допустила поставление священства не из духовного сословия, а из дворян – например, случай Игнатия Брянчанинова.

Ключевые фигуры

Феофан Прокопович – он придумал Синодальный строй. По вере он фактически был лютеранин и взял модель управления из лютеранской церкви. В разных европейских странах лютеране принимали так называемый «Кирхенорднунг», документ, который встраивал церковный строй в светские законы данной страны. Российский синодальный строй воспроизводит шведский документ.

3. Март 1917 – октябрь 1917: Псевдо-синодальный строй при Временном правительстве

Как получилось?

После февральской революции структура синодального строя сохранилась, но православного императора уже не было во главе коллегии. Вместо него там оказался автоматически Временное правительство.

Хорошо ли это для Церкви?

С точки зрения церковных канонов и вообще логики синодального строя эта ситуация парадоксальна. Православный император был не просто мирским человеком, а представителем православного народа. Теперь его место занял некий коллектив, неправославный и вообще внерелигиозный по закону. Получилось, что Церковь в своих внутренних делах управляется неправославными. Смягчающим обстоятельством было то, что предполагалось очень быстрое изменение ситуации через созыв Собора. Собор должен был решить все эти проблемы каноничности. Уже в октябре-декабре 1917 года фактически Временное правительство больше не участвовало в церковном управлении, а на Соборе обсуждалась форма будущего управления: возрождать ли патриаршество.

Ключевые фигуры

Митрополит Макарий был единственным членом дореволюционного Синода, который был против этого строя и не принял его. Его выгнали и из Синода, и с кафедры митрополита Московского.

А. В. Карташов – министр вероисповеданий Временного правительства, обер-прокурор Синода при Временном правительстве.

Митрополит Антоний Храповицкий был активным церковным деятелем и активным членом Синода. Правда, он считал, что дореволюционный синодальный строй неканоничен и его надо упразднить, заменив патриаршеством.

Епископ Сергий Страгородский был одним самых влиятельных епископов при Временном Правительстве, он контролировал собирание Собора и все отношения с Временным правительством. Он также был единственном членом старого Синода при Временном правительстве — после падения царской власти весь состав Синода обновился.

4. Декабрь 1917 – декабрь 1921: Управление, установленное Собором — Патриарх + Высший церковный совет

Как получилось?

Сначала на Соборе 1917-1918 года большинство делегатов склонялось к тому, что патриаршество не нужно, так как это монархическая форма правления. Настроения были антимонархические, соборность воспринималась как церковная демократия. Но случился большевицкий переворот. Соборяне испугались большевиков и решили, что церкви все-таки нужно единое управление. Боязнь монархии тем не менее не ушла, поэтому решили избрать еще Высший Церковный Совет, который бы уравновешивал власть патриарха. Этот совет должен избираться собором сроком на 3 года. Таким образом каждые 3 года церковная власть обязана собирать собор; этот собор не подчиняется патриарху, и даже сам может переизбрать патриарха (хотя традиционно он избран пожизненно). Таким образом вместо монархии (патриаршество) была установлена форма парламентско-президентской республики.

Хорошо ли это для Церкви?

Эта модель новая для Церкви, взятая из светского управления. Но запретов в церковном праве на такую форму нет. С точки зрения канонов принятие патриаршества безупречно. Но все же сам синодальный строй и все епископы, поставленные во время его, были не вполне каноничны, потому что избирались с участием Императора. Это не такая антиканоничность, которая пресекает апостольское преемство или лишает церковной благодати. Тем не менее это все равно болезнь для Церкви, которую нужно было признать. Чтобы ее компенсировать, можно было бы дать право решающего голоса мирянам в вопросе избрания типа церковного управления. Однако ошибки синодального строя не были пересмотрены на Соборе.

В ситуации после большевицкого переворота избирать форму управления Патриарх + ВЦС было безумием, которое имело для Церкви очень плохие последствия. В условиях гонений собирать собор каждые три года для переизбрания ВЦС в принципе невозможно. А патриаршество в условиях гонений легко может быть использовано гонителями как способ давить на церковь и подчинять ее себе (что и произошло). Вместо того , чтобы упразднить бюрократизированное центральное управление, оставшееся в наследство от синодального строя, собор его сохранил и еще возглавил единоличным командованием так, что большевикам было совсем легко его перехватить. Собор так поступил, потому что думал, что большевики это временная смута и что в итоге все равно будет светское государство с которым можно будет договориться, как с временным правительством. Соборяне были больше обеспокоены, как церковь будет выживать экономически в условиях сокращения дотаций от государства, и не замечали гораздо более серьезной опасности.

Собор кроме избрания патриарха успел еще ввести праздник новомучеников (в январе 1918 года).

Ключевые фигуры

Патриарх Тихон после своего избрания. Он принимал общецерковные решения. В том числе в ноябре 1920 патриарх и ВЦС издали указ №362 для территорий, которые отсечены фронтами Гражданской войны. Этот указ разрешал церковную децентрализацию (позднее его распространили на РПЦЗ). Такой указ нужно было принять тогда для всей российской церкви соборно, чтобы каждый епископ управлял сам своей епархией, будучи независимым административно.

На патриарха влияли два человека из его аппарата: Феодор Поздеевский (за более жесткое сопротивление большевикам) и Иларион Верейский (за более либеральный стиль). Тихон под влиянием настроения в церкви в целом держался жесткого стиля, исходя из того, что большевиков все равно скоро разобьют в гражданской войне. Тогда же была провозглашена анафема большевикам.

Митрополит Петроградский Вениамин был вторым епископом по старшинству. Он не влиял лично на патриарха, но имел огромный политический вес и занимал позицию жесткого противостояния большевикам.

5. 1921 — 1925: “Монархическое” патриаршество

Как получилось?

Такой формы церковного управления никто не предвидел. Она возникла сам собой в декабре 1921, когда закончились полномочия ВЦС, а избрать новый было нельзя, потому что большевики не позволили бы собрать Собор. В то же время патриаршие полномочия не закончились, так как патриарх избирается пожизненно. Так патриаршество стало монархическим, хотя в реальности Тихон поддавался различным влияниям в своем управлении церковью.

Хорошо ли это для Церкви?

Монархическое патриаршество канонично (когда оно ограничено церковным правом, а не абсолютное). Хотя с точки зрения пользы надо было в 1923 году отменять патриаршество вместе с истечением срока полномочий ВЦС и переходить к децентрализации церкви (с канонической точки зрения патриарх мог отказаться от власти, а это была уважительная причина). Тихон принял несколько решений, полезных для Церкви: примирился с митрополитом Макарием (1923) и с имяславцами (1921), устранив таким образом церковные расколы.

Ключевые фигуры

Вениамин Петроградский – он встал на пути у большевиков, когда те захотели провести переворот в церковном управлении, использовав для этого обновленцев. Переворот заключался в том, чтобы изменить монархическое патриаршество на церковную «парламентскую республику», которая была бы полностью подконтрольна большевикам. В 1922 году обновленцы создали такой церковный «парламент» — Высшее Церковное Управление, и в 1923 году провели свой собор, на котором низложили патриарха. Изъятие церковных ценностей было как раз способом давить на церковь и предлогом низложить патриарха и признать обновленцев легитимными. В Петрограде обновленцы предложили Вениамину как одному из лидеров возглавить их церковный переоворот. Он отказался и запретил их в служении, тогда Вениамина расстреляли.

Сергий Страгородский (а также Алексий Симанский, оба будущие патриархи РПЦ МП) стал ключевой фигурой в обновленческом движении и в создании этой альтернативной структуры «парламентской республики». Ошибкой Тихона было то, что когда Сергий и другие обновленцы покаялись, они были приняты в церковь в сущем сане, в то время как с точки зрения канонов и реальной пользы их следовало бы считать отступниками и принимать мирянами или простыми монахами с извержением их из сана.

6. Март 1925 – ноябрь 1925: Псевдо-патриарший период – местоблюстительство митрополита Петра (Полянского)

Как получилось?

Патриарх умер, и должен был быть назначен местоблюститель патриаршего престола. Им стал архиерей митрополит Крутицкий Петр (Полянский). Вообще по канонам полномочия местоблюстителя должны были состоять лишь в том, чтобы собрать собор для выборов патриарха. Его нужно было поминать на богослужении как местоблюстителя патриарха. Впрочем, можно было и не поминать его и перейти на автокефалию — так сделал, например, еп. Андрей Ухтомский.

Хорошо ли это для Церкви?

Местоблюстительство само по себе канонично, а вот передача епископского поста по завещанию — нет. Каноны это прямо запрещают. Тем не менее Тихон оставил именно такое завщение,  а около 60 епископов, собравшихся на его похоронах с этим завещанием согласились. Принимать это завещание было ошибкой, которая привела к дальнейшей ошибке – смешению и размытию понятия местоблюстительства. Почему-то все решили, что местоблюстителя нужно считать высшей церковной властью, хотя никаких административных прав кроме созыва собора у него не было. Из-за этого мнения большевики стали давить на Петра, заставляя его создать под своим началом «красную» церковь, подчиняющуюся власти (к этому моменты большевики уже понимали, что эксперимент с обновленцами провалился). В этих условиях держаться за местоблюстительство было очень вредно.

Ключевые фигуры

Петр Полянский – до революции он был чиновником Синода и не собирался становиться епископом, но патриарху Тихону понадобилось на кого-то опереться, и он провел Петра в епископы, сделав ключевой фигурой церковной канцелярии. Имея бюрократическое мышление, Петр стал ошибочно считать себя эрзац-патриархом.

7. Декабрь 1925 – начало 1927: Смута в церковном управлении; конкуренция различных моделей

Как получилось?

Советская власть сделала еще одну попытка создать свою собственную церковную «парламентскую республику». Для этого Петра Полянского арестовали, а архиепископ Григорий Яцковский при содействии ОГПУ собрал архиереев и попытался захватить власть над церковным аппаратом, организовав свой Временный Высший Церковный Совет. Петру предложили условие освобождение: поддержать этот захват власти и признать григорианский ВВЦС, но он отказался. После этого Сергий Страгородский, объявивший себя заместителем местоблюстителя (вместо арестованного Петра), перехватил инициативу и пресек григорианский раскол, запретив всех григорианцев.

Хорошо ли это для Церкви?

Григорий Яцковский устроил раскол, суть которого была в предательстве церкви и попытке передать власть в церкви большевикам. Но формально такой перехват канцелярии был возможен с точки зрения канонов: поскольку местоблюститель больше не был на свободе, церковь могла продолжать управляться и без него. Сергий не имел право запрещать и анафематствовать григорианцев на тех основаниях, на которых он это сделал: то есть во имя единой нерушимой канцелярии властью «заместителя местоблюстителя». Тем не менее его поддержали архиереи.

В логике Сергия и тех, кто его поддержал, власть патриарха это почти четвертая степень священства (фактически папизм), которая подчиняется бюрократии, закрепляется на бумаге (в завещании), передается как материальный предмет от одного епископу к другому. Такую патриаршую власть Сергий фактически догматизировал. Однако с точки зрения канонов Церкви такой патриаршей власти не должно существовать.

Ключевые фигуры

Архиепископ Григорий Яцковский – лидер григорианского раскола.

Петр Полянский — оставил свое завещание, кто будет местоблюстителем после него, назвав три кандидатуры, включая Сергия, хотя не имел на это полномочий.

Агафангел, митрополит Ярославский – он вернулся из ссылки и, будучи вторым кандидатом по завещанию Тихона, объявил себя местоблюстителем. Сергий не согласился с этим и угрожал запретом; тогда Агафангел испугался и признал власть Сергия. Большевики поняли, что надо договариваться с Сергием.

8. Лето 1927 – декабрь 1927: Узурпация церковной власти митрополитом Сергием

Как получилось?

Сергий стал распоряжаться единолично архиереями и требовать от них подчинения себе. В указах Сергий упоминал также свой Синод, но фактически это была имитация церковного органа, а Сергий просто совещался с некоторыми архиереями, согласованными с ГПУ. За счет того, что внешне эта система повторяла форму дореволюционного устройства, она не вызывала возражений у большинства. Те епископы, которые не подчинялись указам Сергия, оказывались под запретом. Символом узурпации церковной власти Сергием стала знаменитая Декларация 1927 года.

Хорошо ли это для Церкви?

Требовать подчинения епископов себе, будучи местоблюстителем, это попытка узурпации церковной власти, а запрещение в служении неподчинившихся — это уже сама узурпация. Даже патриарх по канонам не имеет единоличной власти переставлять архиеерев или их избирать, а Сергий был всего лишь заместителем местоблюстителя патриаршего престола. Поэтому Сергий отпал от Церкви и стал строить свою парасинагогу, то есть создал самостоятельную церковную организацию под своим началом, не имея на то права. В основании сергианского раскола лежали еретические представления Сергия о церкви.

Ключевые фигуры

Помимо самого Сергия, в это время существовала оппозиция его церковной политике: митрополит Иосиф Петровых и архиепископ Димитрий Гдовский, а также Михаил Новоселов, действовавший тайно. Были те, кто сохранял нейтралитет и не поддерживал Сергия, например, митрополит Кирилл Смирнов.

9. С конца 1927: Формирование движения Истинного православия вне сергианской церковной организации

Как получилось?

Формирование происходило в два этапа. Сначала было понимание, что нужно создать свою церковную организацию, объединить оппозицию и создать сопротивление Сергию. Расчет был на то, что движение возглавит митрополит Агафангел. В январе 1928 года митрополит Иосиф Петровых приезжал к Агафангелу для встречи с Тучковым. Тучков дал гарантии, что такая церковная организация, альтернативная сергианской, сможет существовать легально, будучи лояльной власти, но не сервильной. На этом этапе также была надежда, что раскол с Сергием будет преодолен и, как в свое время победили обновленцев, так же удастся победить и сергиан. К осени 1928 года стало понятно, что ГПУ не даст иосифлянскому движению усилиться. В отличие от обновленцев Сергий был достаточно эффективен для советской власти, и ГПУ все и так устраивало. При таком развитии единственным реальным путем для Церкви стал уход из легального пространства в катакомбы и децентрализация церковного управления. Было решено тайно рукополагать архиереев заранее еще при легальном положении, с расчетом на уход в подполье в будущем. Состояние децентрализации продолжается в поместной российской православной церкви до сих пор, теперь в основном в виде осколков РПЦЗ.

Хорошо ли это для Церкви?

Децентрализация нужна была Церкви уже давно. В ограниченном виде она была введена в ноябре 1920 в указе №362. При модели децентрализации церковной власти каждый епископ управляет своей епархией, будучи независимым ни от кого административно. Но епископат един, и если возникают епархиальные дела, выходящие за пределы епархии, то есть касающиеся всех, епископы для того, чтобы их решить, обязаны обратиться к епископам другим епархиям. При этом никакой постоянно действующей административной структуры нет.

Ключевые фигуры

Митрополит Ярославский Агафангел отрицательно повлиял на развитие движения. Он подорвал развитие иосифлянства тем, что дал надежду, что с ним во главе будет достигнут перевес над сергианами. Переход Агафангела к сергианам означал поражение истинно-православных в публичном пространстве. Лидерами движения продолжали быть Михаил Новоселов, Димитрий Любимов и Иосиф Петровых. Митрополит Кирилл Смирнов, авторитетный дореволюционный архиерей, который в завещании Тихона был назван первым кандидатом в местоблюстители, в этот период также примкнул к движению истинно-православной церкви.

Поделиться:

Метки: ,
  1. В разделе 3 (с марта по декабрь 1917 г.) не упомянуто одно важное событие — арест во время бунта в Петрограде самого влиятельного члена Св.Синода — митр.Питирима (Окнова), который был лишен свободы и насильно принужден к прошению об отставке на глазах у всего епископата. Данное беззаконие, сделанное над архиереем еще тогда, когда де-юре власть Императора была легитимна, не вызвало ни малейших нареканий у членов Синода, которые открыто ненавидели м.Питирима за его приверженность монархии и благосклонное отношение к Г.Е.Распутину, за что Питирима клеймили как «распутинца» и тормозили все его благие начинания в области реформирования приходской и общецерковной жизни в целом. Его просто выкинули из Синода, в разгар антицарского бунта, как паршивую собаку, нагло, дерзко и демонстативно, поступив с ним еще хуже чем с митр.Макарием. И сделали это руками бунтовщиков, думая, что тем служат Богу и России. Когда же их самих те же самые руки стали вешать, топить и расстреливать, преосвященные Владыки завопили: «Караул! Церковь гибнет!», и избрали Патриарха, думая что белый куколь с херувимом защитит их от бича Божия в лице Бронштейна и Ульянова.
    Что же касается утверждения о том, что Поместный Собор 1917 г. был абсолютно каноничен, то пусть читатель сам решит насколько каноничны архиереи и священники, нарушившие свою ставленническую присягу, т.е. клятвопреступники, которые сначала дали клятву на верность Помазаннику Божиему, потом эту клятву вменили ни во что (т.е. попросту наплевали на неё), а потом сделали вид, что ничего не произошло, дескать, клятва — неканонична и неправославна, а потому — пустой звук. Сначала клянёмся, потом отрекаемся. И всё — канонично.

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован.